Эксперты отмечают дефицит комплектующих для производства бактерицидных безозоновых ламп

Эксперты отмечают дефицит комплектующих для производства бактерицидных безозоновых ламп

Сен 3 • L[PRO]SPECTU, Аналитика, Новости, Особенное • 335 Просмотров •

1 Star2 Stars3 Stars4 Stars5 Stars (3 votes, average: 5,00 out of 5)
Загрузка...

Импорт бактерицидных безозоновых ламп во втором квартале 2020 года возрос на 70-80% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года, таковы предварительные данные «Лайтинг Бизнес Консалтинг» в рамках ежегодного отраслевого исследования. Спрос на лампы резко увеличился весной этого года в связи с пандемией коронавируса. В ответ для насыщения спроса и импортозамещения российские производители традиционного освещения начали осваивать выпуск новой востребованной продукции, но этому мешает дефицит необходимых комплектующих.

«По нашим данным, в 2019 году объем российского рынка бактерицидных безозоновых ламп составлял около 950 тысяч штук, из них 95-97% иностранного производства, в основном немецкого, польского и китайского. При этом рециркуляторы-облучатели, в которых используются такие лампы, применяли ограниченно, в основном в медицинских учреждениях и на предприятиях с «чистыми помещениями» в общепите, пищевой и химической промышленности. Однако с весны этого года, в связи с профилактикой COVID-19, началась массовая установка обеззараживающих приборов в государственных и коммерческих организациях, что вызвало резкий скачок спроса на бактерицидные безозоновые лампы», – отмечает генеральный директор компании «Лайтинг Бизнес Консалтинг» Сергей Боровков.

В частности, завод АО «ЛЕДВАНС» в Смоленске перевел две технологические линии, ранее выпускавшие люминесцентное освещение, на производство новой модели – бактерицидных безозоновых ламп LEDVANCE TIBERA UVC, и сейчас доля этого продукта составляет около 50% от общего объема производства. Диверсификация дала предприятию возможность компенсировать снижение спроса на люминесцентные лампы, вызванное ограничениями в строительстве и других отраслях на фоне пандемии. Загрузка мощностей помогла сохранить персонал и начать насыщать рынок дефицитной социально значимой продукцией. На первом этапе было изготовлено и реализовано по предварительным заказам около 600 тысяч ламп, производственные мощности позволяют выпускать до 80 тысяч единиц такой продукции ежедневно.

«Безозоновые лампы чрезвычайно востребованы при производстве ультрафиолетовых светильников для дезинфекции как наиболее безопасные, не вызывающие образования озона, токсичного в больших количествах. Мы могли бы увеличить объем выпуска новой продукции еще на 40%, но пока такой возможности нет из-за нехватки нужных компонентов, прежде всего трубок из специального увиолевого стекла, пропускающего УФ-лучи спектра С, эффективные для обеззараживания воздуха и поверхностей, – говорит Екатерина Журавлева, менеджер по развитию бизнеса компании LEDVANCE. – Сейчас полуфабрикаты из увиолевого стекла изготавливают всего 3-4 производителя в Европе, мы закупаем их в основном в Голландии, но постоянно работаем над расширением пула поставщиков. В этом году рассмотрели образцы китайских производителей, но не нашли качественных материалов».

Организация производства увиолевого стекла затрудняется тем, что требует инвестиций, существенных даже для тех участников рынка, которые обладают производственными ресурсами по выпуску осветительных приборов. Поскольку работа со стеклом связана с применением высокотемпературного оборудования и дорогостоящих технологий обработки.

«Это совершенно другой уровень инвестиций, чем, например, при организации сборки светодиодных светильников из готовых комплектующих. Кроме того, сейчас трудно оценить перспективу рынка. Текущий ажиотажный спрос на облучатели-рециркуляторы рано или поздно будет удовлетворен и выйдет на стабильный уровень, хотя будет существенно превышать показатели прошлых лет. Однако возможно, что к тому времени появятся новые эффективные недорогие решения на ультрафиолетовых светодиодах, но пока их нет», – поясняет Екатерина Журавлева.

Похожие Записи

Комментарии закрыты.

« »

(function (d, w, c) { (w[c] = w[c] || []).push(function() { try { w.yaCounter33329553 = new Ya.Metrika({ id:33329553, clickmap:true, trackLinks:true, accurateTrackBounce:true, webvisor:true }); } catch(e) { } }); var n = d.getElementsByTagName("script")[0], s = d.createElement("script"), f = function () { n.parentNode.insertBefore(s, n); }; s.type = "text/javascript"; s.async = true; s.src = "https://mc.yandex.ru/metrika/watch.js"; if (w.opera == "[object Opera]") { d.addEventListener("DOMContentLoaded", f, false); } else { f(); } })(document, window, "yandex_metrika_callbacks");